«Ломящиеся витрины сказок»I Художественная литература, как ненужные сказки

 Человек, который считает, что художественная литература содержит знания — никогда не видел действительности.

Уже давно известен тот сильнейший зуд, с которым носятся вокруг детей желающие немного повоспитывать. Как правило, они не сильно отличаются друг от друга своей разумностью и широтой той выборки, которой собираются пичкать попавшее под руку дитя. В основном они просто следуют по тем шаблонам, которые давно кристаллизовались в мозгах широких масс. Набор нашего воспитателя известен. В него обязательно должны входить: любовь к родине, религиозность, принципиальность и разного рода ценности. Все эти компоненты “русской души” прекрасно впитала и сочла в себе художественная литература. Именно из неё и черпают незадачливые родители воспитательные штампы.

Как правило, такие сказки действуют сильно опьяняюще. Их действие вы можете видеть на депутатах государственной думы, которые исключительно нахлебавшись художественного нафталина, громогласно начинают петь дифирамбы генетическому коду россиян, исключительности русского народа и русской душе, часто прерываясь на обменивания между собой двумя строчками из Евгения Онегина. Такие публичные посиделки имеют своё логическое завершение —  единогласное убеждение о том, что художественную литературу нужно знать!

Несомненно, что тот, кто пытается внушить необходимость знать произведения русской литературы, как правило, знает лишь самую ничтожную часть из этих книжек. Они никогда не изучают свои книжки глубоко и не учат более процента написанного. Им также не интересна их история и тонкости “русской души” , о наличии которой они любят напомнить. Они довольствуются лишь тем, что знают какие-нибудь три нормативных строчки из “Онегиных”, которыми потом, при при первой же возможности, любят сладко повилять перед публикой.

То есть, со стороны мы видим только забавную игру во взаимное оболванивание друг друга и больше ничего. Гораздо хуже если они всерьёз уверены в необходимости читать и знать художественную литературу. Ведь тогда, нам придётся принять все рассказы о любви к родине, генетическом коде и душе россиян за чистую правду. Но такая деменция непозволительна даже депутатам государственной думы. Поэтому отбросим сомнения об интеллектуальном неблагополучии депутатов и позволим себе считать, что это просто игра.

Вернёмся к тем, кто действительно считает своей обязанностью напичкать детей художественными томами.

Напомним, что этот продукт не имеет возрастных ограничений. С детского сада детей начинают поить этой бессмысленной и давно утратившей свой срок годности романтикой, наивно полагая о свойствах вина.

Не соблюдая дозировочные нормативы, учителя избыточно начиняют детей этой глупостью, пользуясь их неспособностью обрабатывать этот продукт пищеварительными соками и прочими кислотами их собственного опыта, который мог бы видоизменить и подогнать под себя подаваемый продукт. Но, увы, химические процессы не следуют — разум детей ещё слишком слаб. Он еще не научился отсеивать, выбирать или как-то по иному, более “живописно” реагировать на предлагаемые раздражители. Они безнадежно уязвимы перед своими воспитателями, которые, следует помнить, сами бесконечно больны.

Они больны собственными бытовыми представлениями, и покрыты многоэтажными мифологемами, и зудящими идеологемами. Именно по этой причине — необразованности воспитателя — мы гарантированно и в больших количествах получаем детей, чей разум искажен различными религиозными, патриотическими и прочими идеями.

Увы, такое положение просто удушает все шансы развить свободомыслящего человека, который смог бы фильтровать и правильно использовать «худлит», — то есть только в развлекательных целях. И тут не надо ханжески закатывать свои очаровательные глазки. Художественная литература никогда не являлась носительницей точных знаний о жизни и отношениях между людьми. Герои подобных кинижек часто создают впечатление слепых и чуждых разуму людишек: они всегда терзаются какой-нибудь бессмыслицей, всегда обидчивы и крайне уязвимы. А затем, как только вдоволь по терзались выдуманной проблемкой — прыгают под поезд.

Художественная литература оснащает человека самым мерзким видом агрессии, который закалён на изобилии нелепых ценностей, твёрдую необходимость которых пытается вдолбить нам художественная литература. Она топит читателя в своих нежных красках, не давая тому сделать даже вдох, оторваться и очнуться от этих очаровательных картин, которые слой за слоем покрывают убеждениями неспокойный разум. Ведь наша жизнь популярна у проблем, а их причину нужно обнажить. Она вечно терзается зубами прошлого и испытывает дрожь при взгляде на неизведанное будущее. И чтобы, сколько-нибудь, унять эту дрожь: человек тянется к привычному теплу, что таится в уже знакомых красках фильмов и поэм. Он пытается всячески скрыться от реальности и погрузиться в сказки, которые могут предложить лишь домыслы писателя.

Таким образом обучаемся мы. На этом цветном фундаменте стоит нынешняя культура. Причем настолько прочно и самозабвенно, что даже не видим переходящей грани между реальностью и мифом.

Большинство действительно воспринимают художественную литературу всерьёз, хотя продукт её авторов это всегда многотомные куски фантазий, склееные между собой изящной словесностью, которая никак не ограничена и не стеснена никакими точными формулировками и законами.

Ведь не для кого не секрет, что ни философия, ни литература, не способны дать никаких ответов. Они способны лишь запутать, лишь увлечь, лишь опьянить разум своими искусственными красками.

И какими бы величественными нам не представлялись мысли Платона, Монтеня, Руссо, Эпикура и прочих сильнейших философов того времени, мы все равно не должны слепо отдаваться их околдовывающему слову. Они заложники своего времени, которое и диктовало им мысль.

Их книги совершенно не годится для ориентира в жизни, но они безупречный образчик красоты и стройности мысли.

Ведь если взглянуть на их произведения с позиции сегодняшних трудов и знаний, то нам придется холодно и цинично перевести их книжки в область развлекательной литературы.

Точные формулировки и законы принадлежать трудам научным. Именно они своими Нобелевскими премиями, давно монополизировали этот аршин, под который кропотливо изготавливают комфорт и безопасность человеку.

Ведь давно не секрет, что наша жизнь строго подчиняется определенным законам, игнорировать которые не просто глупо, а прямо опасно. Над их открытиями, твёрдо склонившись, веками пыхтят толпы ученых, чтобы хоть на сколько-нибудь унять ту мерзость, которую позволяет себе человек. Именно они — эти колченогие старички — гарантируют безопасность и тёплый комфорт нашей жизни, а не те Толстые с их Карениными и Достоевскими, которые со значительным отрывом держат абсолютное превосходство над мировоззрением большинства.

Как так получилось, почему подлинное знание о мире, так упрямо и умело игнорируется человечеством?

Тут множество причин.

Дело в том, что тот первобытный взгляд на мир, который главенствовал в нашем юном homo — в момент становления его интеллекта, не мог претендовать на какую-то точность. Все что было ему под силу в тот период времени, это бесконечное создание многочисленных тотемов, с частыми перерывами на оплодотворение первобытных красавиц. Ничего другого первобытный мозг предложить ему не мог.

Но проходят века, а с ними полнится и гамма раздражений, которую претерпевал на себе наш будущий создатель бесчисленных спермодрамм.

Он сортирует, вяжет, всячески жонглирует запечатленными им раздражениями и в один момент он овладевает навыком правильно выстраивать сложные и привлекательные патерны, которые мелодично играют раздражениями. Именно её, эту ассоциативную конструкцию, он затем и назовет поэмами, спектаклями, романами и порнографиями. Все они призваны вызывать у человека реакцию — сумму ощущений, которая будет приятно скрашивать его повседневную жизнь. Да, конечно же, на этой основе — целенаправленной манипуляцией раздражениями — начинает формироваться и научное знание. Но оно формируется с таким трудом и натягом, что борьба с ложными гуманистическими концепциями о человеке, которые предлагает культура, становится почти бессмысленной. К тому же, культура часто позволяла себе играться спичками и баловаться строительством эшафотов, что наука не могла позволить себе по определению.

В итоге мы получили глупенького дурачка, который в луже собственных же выделений, постоянно умудряется разглядеть отражение венца творения.

На реальность ему наплевать. Его не интересуют факты, которые, к тому же, не интересуют государство. А, как мы знаем, именно государство, с присущей ему жаждой воевать и переплавлять в концлагерях собственный народ, определяет воспитание народа.

Человек нходится в плену собственных сказок о себе. Он любит упиваться выдуманной реальностью, которую черпает из поэзии, пьес, фильмов и прочими галлюциногенами, вспоминая об их опьяняющем эффекте лишь за серыми стенами отрезвителя, в который вернется еще не раз.

 

 

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *