Критика культуры, политики, событий, а также выставление на свет всех язв, которыми страдает сама общественность
Критика культуры, политики, событий, а также выставление на свет всех язв, которыми страдает сама общественность

Воспитание в оранжерейном мире

Почему нельзя прятать ребенка от действительности

К воспитанию наших детей мы подходим крайне разнообразно, но чаще всего эти способы выглядят предельно трагично. Происходит же это потому, что многие родители позволяют себе увлекаться крайностями в деле воспитания, которые уводят их либо в сторону фанатичной заботы о ребенке – и получают на выходе не личность, а «вечное дитя», либо передают жизнь ребенка в руки того представления о конструкции мира, которое тяготеет над ними, и тем самым выпускают на свет не живого человека, а тряпичную куклу, которая будет сидеть в том положении и на том месте, в которое её поместили.

Проблема первого и второго подхода к воспитанию одна: одностороннее и ограниченное представление о жизни, которое всегда возникает как следствие работы близорукого ума. Нежелание смотреть на жизнь широко и изучать её, вынуждает таких людей выстраивать вокруг себя оранжерейный — искусственный мир, который отличается от действительного мира своими тесными стенами и удушающе теплой атмосферой. За эти стены, возведенные вялыми руками, помещаются и дети.

В этих углах уходит много свежих сил на совершенно бессмысленные цели и искусственные интересы. Ум обычно сдавлен тяжелыми нравственными представлениями, слитыми из сплошных «нельзя» и «плохо», что делает его грубо зажатым и совершенно неспособным увлекаться горячими интересами. К жгучим впечатлениям такой ум не тянется, и всё, в чем видит он свою задачу и предмет удовлетворения, так это в скольжении по поверхности окружающих явлений, не вглядываясь при этом в них и не пытаясь поддать анализу свои ощущения, испытываемые от них. Жизнь таких людей сводится к бесконечным нарядам, выездам, любованию в зеркалах, в выслушивании любезностей, пустым беседам, сплетням, чтению пустых романов, терзаниям о неразделенной любви, словом, жить со дня на день так, чтобы не встретить в себе вопрос: есть ли в моей жизни какой-нибудь смысл, счастливый ли я человек и могу ли я обставить свою жизнь более уютными привычками, которые сделают её разумнее и полнее. Как правило, тестообразные люди до таких вопросов не доходят. Они не приучены пускать свою мысль на такую глубину — в них хладнокровно воспитан страх к этому. Любовь к безопасности тесных стен, в которых каждый угол известен, наводят какую-нибудь романтичную девчонку только на мечты о конфетном будущем, где она выходит замуж за гвардейского офицера, и блистает с ним в высшем свете, но не более. Такая декоративная жизнь способна приносить человеку только минутные наслаждения, подчиняет жизнь смыслу любви, которая становится единственной целью и святыней для такого человека, а значит делает его предельно уязвимым и преимущественно несчастным.

Представляя себе ребенка как существо неспособное учиться и приспосабливаться к жизни с малых лет, родитель считает правильным скрывать от его кристальных глаз любые огорчения и держит ребенка в счастливом неведении пока тот не научился разбирать откровенной лжи. Такой, с виду благородный подход, имеет ряд своих трагических ошибок, которые плавно вытекают из недооценки ума ребенка и неумении или нежелании воспитателя выражать ясно свою мысль. Умный человек, человек прекрасно понимающий, что он должен обладать хоть сколько-нибудь складным умом чтобы воспитывать, всегда найдет способ правильно и ярко осветить печальную сторону жизни и воспользоваться возникшей проблемой в качестве удобного образца, который в разобранном состоянии готов поведать ребенку очень многое о жизни. Ложь же ваша не окажет никакого здорового влияния на его мысль. Всё, что вы разовьете ею в нем, так это: нездоровый навык относиться к проблемам как к немыслимой трагедии, которую нужно по возможности скрывать, кладя тем самым огромный груз на собственные нервы. А груз будет действительно велик, ведь ребенок не знает, как эту проблему устранить — его вы этому не научили. Он будет держать её в себе, пока не доведет до последней степени болезненности и лишь только затем её раскроет перед вами.

Всё это свидетельствует о том, что держать ребенка в оранжерейном мире, по меньшей мере, бесполезно. Такой воспитательный процесс добавит на его путь жизни только лишних и совершено ненужных препятствий, которые ему придется удалять уже своими силами. Выстраивая вокруг него уютную теплицу, вы должны ясно понимать, что рано или поздно ему все же придется выйти из неё, и чем резче будет этот переход, тем тяжело он скажется на его нервах. Выбравшись на свет, он со стыдом обнаружит, что его воображение расстроено фантастическими бреднями нянюшек, а действительный мир, освещенный естественным светом, выглядит совсем иначе, нежели те образы, которые были вложены в него еще в раннем детстве. Такой ряд совершенно новых, обнаженных в своих смыслах впечатлений, может развить в ребенке недоверие не только к людям, но и к собственным силам, склонит его не только к притворству и замкнутости, но и насытит его кровь холодным эгоизмом, который сообщит его характеру равнодушие к чужим и на этот раз, действительным страданиям.

Такие заботливые родители не понимают или не желают понимать, что приобретение живого опыта имеет огромное обаяние, и это обаяние – этот завораживающий своими сильными ощущениями шарм событий – лучше самой красноречивой лекции первого в мире рассказчика, выстроит в уме ребенка совершенный, точный образ. Нужно избегать для ребенка той искусственной атмосферы, в которую он по легкомыслию был помещен и стараться воспитывать его по возможности в действительности, в которой ему, не смотря на ваши страхи, рано или поздно придется стать самостоятельным деятелем.

Одни и те же лица, одни и те же люди, увлечения, занятия, искусственно навязанные этим узким кругом интересы – в такой среде ребенок создает себе совершенно ложные понятия о жизни, и в будущем ему будет трудно уже расстаться с ними. Ему будет трудно покинуть этот маленький мирок, часто не имеющий ничего общего с широкой жизнью, которая расстелена за его стенами.

Находясь в интимной близости с действительной жизнью, ребенок осязает её касания и без лишней фальши узнает их подлинный характер. Живя с ней, он постепенно и незаметно настраивает свое чувство к ней, а вместе с ним и свои мысли. Испытывая постоянное действие новых и новых впечатлений, которые изначально кажутся резки и тяжелы, они мало-помалу избавляют ребенка от излишней раздражительности и впечатлительности – является привычка. Человек черствеет и вследствие этого крепнет. Чувствительный ко всему ребенок, который редко вылезал из-под родительского крыла, не способен обрести мужество – он так и остается на всю жизнь ребенком с прикрытыми шелковым флером глазками и девственным чувством, которым так дорожат милые родители. Они не понимают, что переход от детства к мужеству не совершается сам собой по воле возраста, а состоит в том, что молодой человек, ценою собственных ушибов, ценою собственной крови, неисчислимых неудач и прочих элементов из которых сложен горький жизненный опыт, выучивается твердо стоять на ногах и уже своими шагами, а не за ручку мамочки, передвигается от цели к цели. Кого всю жизнь вела заботливая рука, тот наверстает свой характер в будущем или же так и останется слабеньким и неоригинальным дитём на всю оставшуюся жизнь.

Обрисовав все декорации искусственного мира, мы не прибавим от себя больше ни слова. Он достаточно велик и ярок, для того, чтобы каждый человек мог четко разглядеть, как он влияет на развитие ребёнка.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *